Отключения мобильного интернета в российских городах, в том числе и крупнейших, стали нормой. Например, в Санкт-Петербурге в марте это делали дважды, ссылаясь на атаки БПЛА, а в третий раз даже не стали приводить такое объяснение. В центре Москвы 24 марта мобильный интернет, по сообщениям с мест, вернули, а ограничивали его в отдельных локациях с начала месяца. Перспективы не ясны. Мобильные операторы в разных регионах рассылают абонентам СМС, объясняют ограничения «обеспечением мер безопасности» и отправляют ссылки на так называемые «белые списки», то есть перечень сайтов и сервисов, которые будут работать и при отключении Сети.
Власти, когда им задают прямой вопрос о мобильном интернете, коротко объясняют это все теми же соображениями безопасности и ссылаются на соответствующее законодательство. Сложно понять, как это может успокоить или обнадежить людей. Но, по всей видимости, такая задача и не ставится. Граждане должны понять, что жаловаться им, в общем, не на что: все по закону и ради их же блага.
Проблемы с мобильным интернетом вновь заставляют задаваться вопросом о приоритетах в развитии общества, даже шире – о цивилизационных приоритетах. Безопасность – бронебойный аргумент, все переживают за свою жизнь. Но за безопасность отвечают органы, которые, пользуясь большими полномочиями, особенностями российского государственного устройства и правоприменения, любят облегчать себе жизнь, ограничивая свободы и удобства граждан там, где получается. Все законы, касающиеся ограничений связи, в том числе и недавно принятые, указывают именно на это. Критерии безопасности и небезопасности определяют уполномоченные органы. Они ничего не должны объяснять. Их распоряжения должны исполняться – ради общего блага.
Люди, склонные защищать такой порядок вещей и очень быстро к нему адаптироваться, часто ссылаются на прошлое. Действительно, было время, когда не было не только мобильного интернета, но и домашнего. «И ничего, как-то жили, и сейчас переживем, займемся другими делами». Можно потанцевать или поиграть в снежки. Этот аргумент может показаться эмоционально убедительным, но развивать его можно до абсурда. Раньше ведь люди и питались хуже. И лечились хуже. И жизнь была короче. И гибли они чаще. Удобств было гораздо меньше, порой и никаких. Где та временная грань, тот рубеж в нашем личном и коллективном опыте, который мы не готовы переступить, сказав: нет, без этого мы жить не можем, такого уже не хотим?
Безопасность, безусловно, важна, можно даже сказать – важна фундаментально. Но цивилизация, прогресс общества, экономики, человека как вида не может ограничиваться этим фундаментом. То, что жизнь современного города невозможно себе представить без быстрого и качественного мобильного интернета, кажется очевидным. Так проходят платежи, так работает сфера услуг, так совершаются миллионы контактов – и деловых, и семейных, и дружеских. Это двигатель, без него экономика замедляется, компании терпят убытки, а вместе с ними и государство. И невозможно сначала все отключить, а потом сказать: мы подумаем, как решить эту проблему.
Стремление к более удобной жизни определяло развитие цивилизации с древнейших времен. Желание лучше есть, лучше выглядеть, быть здоровее, качественнее учиться, быстрее и легче перемещаться, сотни других желаний – это не блажь, а норма. Цивилизация предполагает безопасность, но ею не ограничивается. Тем более что жизнь не кажется безопаснее в сравнении с тем совсем недавним временем, когда сотни нынешних ограничений не просто не действовали – их никто и не собирался вводить. Сейчас же те, кто их вводит, исходят из того, что граждане просто привыкнут, потому что у них нет другого выхода.
More Read
В развитии человечества встречаются периоды ограничений свободы в интересах безопасности. Однако сегодня на наших глазах происходит смена технологического уклада цивилизации. Технология отвечает на вопрос: как создается общественный продукт? Именно: как, а не что! Так вот, сегодняшние ограничения интернета и мобильной связи напрямую влияют на способность нашей страны идти в ногу со временем, не отстать в развитии платформенной экономики, не упустить фазу формирования принципиально новых способов создания новых товаров и услуг, новых типов рабочей силы!
Именно поэтому не в интересах общества – отдавать на откуп силовикам вопросы ограничений в функционировании коренных факторов производства. В поздние годы сталинщины мы уже прошли цикл запретов на разработки в области генетики и роботов. Тогда главный аргумент был: обеспечить безопасность идеологическую! Потому что эти направления были сочтены демонстрацией идеализма. Вейсманистов-морганистов, конечно же, разгромили, но исторически отстали на десятилетия. Отечественных гаджетов как не было, так и нет.
Поэтому сегодня нельзя позволить силовикам иметь исключительное право запрещать работу в ключевой технологической сфере создания будущего России.
